С высокой колокольни: проект Растрелли и когнитивный диссонанс



Почему рациональные аргументы — не довод в споре о сохранении исторического центра.


Вот уже буквально на днях люди, считающие себя носителями петербургской идентичности, столкнутся со сложным выбором. На Совет по наследию должны вынести проект строительства колокольни Смольного собора, и эта старая тема, таким образом, станет предметом широкого общественного обсуждения. Инициаторы строительства из фонда с газпромовским бэкграундом будут говорить, что её хотел построить сам великий Растрелли, а уж раз он считал, что это хорошо, то кто может быть против?

Об этом сообщает Футляр от виолончели


Но вот тут наступает когнитивный диссонанс. Потому что умом понимаешь, что строительство этой колокольни — какая–то несусветнейшая нелепость и полный пердимонокль, но что отвечать на аргумент про великого Растрелли — неясно. Есть тезис, что он сам от этой идеи отказался (доказательств нет ни в ту ни в другую сторону), — но а если нет? Если всё–таки хотел, то обязаны ли мы довести его дело до конца?


Можно сказать, что Растрелли сам по себе — вообще не аргумент и его представления о прекрасном не являются для нас ценностью. А ценностью является сложившийся образ города, и всё, что этот сложившийся образ разрушает, суть зло и потому осуждаемо. Соответственно, осуждаема и колокольня. Но любое экстраординарное сооружение, если только градозащитники не задушат его в зародыше, возникнув, рано или поздно станет частью сложившегося образа и обретёт ценность. Даже, страшно сказать, срам в Лахте. Значит, надо поставить временную отсечку, до которой все построенное формировало образ, а после — грубо его нарушало. Ввести понятие исторической застройки.


Но условность такого подхода слишком очевидна. Скажем, великокняжеская усыпальница рядом с Петропавловским собором, построенная в 1908 году, вторглась в историческую панораму крепости (которой восторгался Пушкин!) и нарушила её строгую небесную линию асимметрично расположенным куполом гораздо более бесцеремонно, чем даже небоскрёб. И это только самый яркий из бесконечных примеров.


С общественным мнением просто: ему, если есть портик с колоннами и фронтоном и лепнина какая–нибудь, то хорошо, а если стекло — то плохо. Но носители идентичности и общественное мнение, к счастью, не одно и то же.


Ошибка в данном случае в самом поиске рационального ответа на вопрос о критериях. Его не может существовать, потому что мы говорим о культе, вещи совершенно иррациональной. Сохранение ("консервация", если угодно) Петербурга в подлинном нетронутом виде — это есть культурный код сам по себе, местный культ. Он сформировался сравнительно недавно и, возможно, является тем вкладом нашего поколения в облик города, который всё тужатся, но никак не могут сделать современные архитекторы.


О невозможности логического подхода к вере с образованными языческими философами спорили в начале нашей эры первые отцы церкви и, как видим, победили. Колокольня противоречит нашей вере и не требует дальнейшей аргументации или ссылок на федеральный закон о памятниках либо городской — о зонах охраны, которым противоречит также. И в этом смысле она ничем не отличается от воссозданной церкви Рождества на Песках, также нарушающей принцип подлинности, только что менее выдающейся размерами и потому привлекающей меньше внимания.


Источник: “https://www.dp.ru/a/2020/09/14/S_visokoj_kolokolni”

Поделитесь, и будет Вам счастье!

ТОП 24

Copyright © 2008-2020. 64 канал Луганск - Новости Аналитика Соцопросы

Данный сайт работает как социальный блог, открытая социальная площадка где каждый может опубликовать свои материалы, многие материалы приходят на почту и публикуются администрацией сайта после модерации. В связи с эти возможны некорректное отображение источника текста или графики, если Ваши авторские права или права на торговую марку (товарный знак) нарушены, просим извинения, указывайте о данных нарушениях нам на почту E-mail: utmedia2@gmail.com и мы немедленно исправим это недоразумение. Спасибо.

Scroll to Top